«Театр ничуть не безделица
и вовсе не пустая вещь.
Это такая кафедра,
с которой можно много сказать
миру добра» - Н. В. Гоголь

Протокол открытого профсоюзного собрания
коллектива театра им. Н.В. Гоголя

15.08.2012

15 августа 2012 г, Москва
Присутствует: 60 членов профсоюза.
Председателем собрания избран – Якобсонс Я.Я.
Секретарем- Лисовая Е.А.

Я. Я. Якобсонс открыл собрание, передал извинения отсутствующей из-за плохого самочувствия М. С. Ивашкевич, актрисы театра, участницы В.О.В., подчеркнул важность сохранения потомственности поколений в русском театре и передал слово арт. А. А. Андрееву.

Якобсонс поблагодарил СМИ, откликнувшиеся на нашу боль, отметил отсутствие приглашённых худ.руководителя К.С.Серебренникова и директора А.А.Малобродского.

Реплика из зала: Он только что вышел!

15:10  Андреев объявил о начале пресс-конференции, посвящённой «переформатированию» театра Гоголя и судьбе русского репертуарного театра.
В президиуме арт. А. Ю. Гуляренко, арт. О. И. Гущин, реж. А. А. Бейрак, арт. С. И. Брагарник, арт. А. В. Мезенцев.

Гуляренко: 5-го августа у нас было торжественное собрание, где С. И. Яшин огласил планы на сезон, подписаны контракты. 6-го авг. Руководство отстранено от исполнения обязанностей. Капков явился 7-го августа после экстренного собрания труппы. Он лукавит, когда говорит, что представил нового худрука и директора. Капков сказал, что вместо театра будет развлекательный центр, удобно расположенный рядом с «Винзаводом». Кроме нас, подобная судьба ожидает ещё 20 театров. Труппа в шоке, информации нет. Из прессы мы узнаём, что К.С.Серебренников полемизирует с нами, но встречаться не хочет.

Бейрак: Речь идёт (и это очевидно, есть факты) о ликвидации репертуарного драматического театра им. Гоголя, существующего 88 лет. Разговоры, что пришёл новый худрук театра – неправда. Вчера случайно на очередное собрание профсоюза явился новый назначенный директор – не знаю чего, в каком мы статусе? На заданные вопросы (что будет с коллективом, какие планы, как работать эти 2 месяца, как театр закроется на ремонт до марта и чем он откроется, что будет с артистами) ни одного слова, кроме  «я не знаю» не отвечено было. На конкретные вопросы профессионалов внятных ответов не было. Мы делаем вывод, что театр как государственный репертуарный театр им. Гоголя закрывается. Что будет вместо него, - мы не знаем. Я сейчас поясню. И призываю всех людей театра, профессиональных, принадлежащих русскому репертуарному театру, выступить в нашу защиту, - и по поводу общей культурной политики города в отношении театра.

Аплодисменты.

Мезенцев: Актёр театра, но уже не работающий. После увольнения Яшина встал вопрос… Девушка, у вас недоумение, вы хотите задать вопрос? (отказ корреспондентки газеты «Труд») 17 числа должна быть премьера. Спектакль был выпущен 3 месяца назад, необходима работа над ним. Новое руководство согласилось заключить договор с С. И. Яшиным на эти репетиции – этого не случилось. Мы сочли невозможным выпускать спектакль неготовым. История глубже. То, что с нами произошло – продолжение. Начало – когда забрали Дом Актёра наТверской; когда Хейфец вынужден был написать заявление об уходе. Это не реформация театра, это оккупация, борьба за центральные здания. Никого театр не волнует, репертуарный он или экспериментальный. Акция спланирована. Говорят, Серебренникова долго уговаривали. Мы ответа от директора не получили, что тут будет, можем только предполагать. Я вижу одно – серьёзное разрушение нашей страны. Мы потеряли давно СССР. Веру убили, убиваем Любовь. Надежда – это уже момент безнадёжности. Путин дал задание подготовить комплексный план развития Москвы. Что это? Мы не знаем. Бутакова бы спросить. Человек не может сам решать такой вопрос, театры не только в Москве – во всей России мы теряем то, что имеем.

Корреспондентка «Москва 24»: Это просто крик души. Мы с вами. Что вы можете сделать, кроме письма, чтобы отстоять труппу?

Денис Кирис, председатель независимых профсоюзов актёров театра и кино: Увы, череда конфликтов будет продолжаться, пока мы не объединимся. Есть нарушения. О своих действиях и ходах администрация обязана информировать профсоюз коллектива. Официально обращаюсь с предложением заключить договор или как-то объединиться, изучить ситуацию. Тогда поймём, что делать.

Гуляренко: Мы должны на сцене доказывать свою состоятельность, просим помощи у коллег, у театров, будем собирать подписи. Мы ощущаем себя «Брестской крепостью».

Фомина Л.С., председатель  Московской Городской Территориальной Организации  Российского Профсоюза Работников Культуры: Мы готовим Совет 17-20 сентября. Сейчас отпуска у всех. Будем готовить обращение к театрам Москвы, в срочном порядке готовим обращение  Президиума   во все инстанции. При нашем содействии с прежним руководством театра им.Гоголя заключён коллективный договор, где есть такой пункт: если директор или худ.рук. решат уволить артиста, они не могут этого сделать без согласования с профкомом.  В противном случае суд восстановит работника в театре.

Работники  уже обратились за поддержкой, и сегодня обратится повторно во всевозможные инстанции. Будем объединяться, так как за  переформатированием этого театра намечен ряд  театров г. Москвы. А.А.Малобродский недавно был уволен из Школы Драматического искусства. Если директор плохой, то как он сделает театр им. Гоголя лучше ? Если хороший – почему его уволили? Если плох Яшин – почему ему дадут другой коллектив? Если хорош – почему его уволили? Артисты незащищены. К разговору о предстоящем ремонте – театр закрывают, но тендеры не проведены. Что будет с актёрами, где они будут играть  во время ремонта ? Директор  отказался решать этот вопрос. Если труппа плохая, как пишет кто-то в интернете, - так она выполняет распоряжения худрука. Если Яшин плох, почему Департамент терпел его 25 лет? На мой взгляд, этот конфликт из-за бесконтрольности, безответственности и безнаказанности. Во всех театрах такой процесс. Если человек сделал плохо – разберитесь в ситуации.

Чтоб репертуарный театр продолжал существовать, надо объединяться. Просим помочь СМИ в честном освещении событий, деятелей культуры в защите репертуарных театров.

О. И. Гущин: У нас нет возможности общаться с руководством, их мнение мы узнаём из СМИ. Мы будем обращаться к мэру и президенту.

Вереникина Ольга Александровна(театр кукол на Бауманской): Вы не первые. Первые – мы, Московский театр Кукол на Бауманской. За три дня был снят директор и худрук. Обещали лучшего в мире режиссёра, не дали никого. Назначенный Папиш скрывался, после протестного письма встретился. Начались увольнения технической части коллектива. С 1-го числа он взялся за труппу, предлагал уходить по хорошему, вызывая индивидуально каждого к себе в кабинет.  Вызывал каждый день с 11 до 18 без заданий. Странные тренинги, как для 1-го курса театрального института. Отпуск рассчитали кому за 7 дней, кому за 12. Многие сломались. Нарушая закон, Папиш требует подписать заявления. Сопротивлявшимся, обращавшимся в инстанции, Департамент отвечал, что все уходят по собственному желанию. Это неправда. На сборе объявлено открытие сезона 5 Октября. При этом репертуар снят весь. Премьеры ни одной не выпущено. Заключаются договора с частными семейными театрами, где в труппе 1-2 человека. Какие-то странные, очень условные репетиции со студентами. Ни один спектакль не планируется на большой сцене. Стала прокатная площадка, а театра нет.

Марина Бабанова: Кто-нибудь из труппы уволен? Если вся труппа без исключения будет занята в спектакле, будут ли спектакли в виде профсоюзных собраний? И пытался ли кто-то встретиться с Серебренниковым?

Брагарник: Никто не обращался, он не удостоил нас такой чести.

«Труд»: В частном порядке?

Брагарник:  Нет! Один раз мы его увидели, когда Капков приехал, - он ходил, обмерял рулетками стены с какой-то своей командой молодых людей. Все высказывания его мы знаем по прессе. Капков заявил, что представлял нам Серебренникова, - вся труппа скажет, что этого не было. Со временем стареют театры, ветшает репертуар – болезненно это, тревожно, но нормально, это во многих  театрах. Худ.руководство направляет силы на улучшение театра. У нас же – на «переформатирование», суть уничтожение. 7-го августа Серебренников изложил свои планы в прессе: театра не будет, будет культурно-развлекательный центр, где станут работать «резиденты», организованы занятия йогой. А Мезенцева спровоцировали подать заявление об уходе. Серебренникову в ходе интервью задали вопрос: вы всех уволите? Ответ: «всех не получится». Директор очень интересуется, кто инициаторы письма.

Андреев: Поднимите руку, кто подписывал?

Все присутствующие члены труппы поднимают руки.

Мезенцев: Я предлагал не играть спектакли.

Труппа: А зритель?

Мезенцев: Да. Директор сказал: я вам не даю никаких гарантий.

«Риа новости»: Как актёры оценивают сами интенсивность своей творческой жизни и показатели посещаемости?

Бейрак: Был у нас план официально 86000 зрителей в год. Посетили нас 76000 зрителей. Из чего можно сделать вывод о 30 процентах посещаемости, упомянутых Капковым. Политика наша – политика общедоступного театра: огромное количество льготников, пенсионеров, военнослужащих, детей среди зрителей.

Гуляренко: Капков говорил о постоянной сдаче театра в аренду, а мы за прошедший год сыграли более 300 спектаклей.

Айсина: Относительно интенсивности творческой жизни можно по-разному судить, но актёру всегда мало работы. При этом театр – дело коллективное, мы не можем представлять себя отдельно, вне коллектива.

Брагарник: Серебренников назвал наш репертуар низкопробным. Это он сказал о Гоголе, Островском, Оскаре Уайльде, Горьком, Шукшине. Критерии, конечно, у каждого свои.

Гуляренко: Мы спросили у руководства Департамента Культуры: а вы сами были у нас? Нет. За 25 лет награды двух президентов, премии, «Золотая маска» и т.д. – сказать теперь, мол, извините, ошиблись, присваивая это низкопробным, пошлым спектаклям.

«Риа новости»: В вашем письме сказано, что вы не хотите работать с Серебренниковым. Видели ли вы его спектакли, и каковы  критерии, принципы его несоответствия вашему коллективу?

Брагарник: Кто-то видел, кто-то нет. Мы не против с ним работать.

Бейрак: Разговор не о назначении нового худрука в театр Гоголя, назначении как создателя чего-то нового. Разговор идёт о закрытии театра Гоголя. Вы должны понимать: одно дело ставить спектакли, а другое – быть руководителем художественного направления.

Прянчин: У меня вопрос к представителям СМИ: что вы думаете о Капкове, о его позиции, когда он берёт цифры с потолка. Он уговаривал Серебренникова полгода, чтобы он согласился стать худруком. Добился своего. И где Серебренников? Так и не явился.

Алля Семёнышева, советник руководителя Департамента Культуры: Я не могу это всё слушать. У нас сейчас собрание, но я сюда пришла, не могу молчать. Вот официальные цифры на основе отчётов вашего бывшего руководства.  Есть сравнительные таблицы. В театре Ермоловой 7 новых постановок, труппа нормально восприняла назначение нового руководителя. Нужно оставить амбиции, а они у вас сейчас превалируют, и думать об интересах зрителя. Театр на Малой Бронной 58 процентов, Современник 81 процент. Капков объяснил, что он не мог прибыть раньше, объяснил, что закрытия театра не будет.

Гущин:  Вы врёте.

Семёнышева: Вы говорите всё неверно, речь об обновлении…

Мезенцев:   Вы не видели спектакли, кого и как  вы хотите обновлять?

Семёнышева: Я вас не перебивала, не оскорбляла. У Серебренникова обязательства перед немецкими театрами.

Хохот, топанье ногами.

Мезенцев: Я иду с заявлением к директору театра, перед входом вижу Серебренникова, он идёт сзади меня. Мы вас перебиваем, потому что вы говорите неправду.

Семёнышева: Он написал заявление относительно занятости своей в Германии. Он сказал, что два месяца его команда будет проводить мониторинг, на основании чего будет создана концепция…

Представитель Московского театра кукол на Бауманской: А наш директор теперь представляет театр Рубена Симонова, как это может быть?

Семёнышева: Изменения необходимы жизненно. Раз все не против – в чём проблема?

Бейрак: Мы пытали директора, он ничего не сказал.

Семёнышева: Необходим творческий аудит, понимаете?

Реплика: Почему раньше не сделали?

Бурханкин: Я спрашивал Капкова, какие критерии для назначения Серебренникова художественным руководителем. Ответ – у него есть концепция. Теперь оказывается, что нужно снять одного руководителя, назначить другого, провести вместо него аудит. Оказывается, что  концепции при этом нет. Это нормально?

Семёнышева: Да.

Хохот.

Бурханкин: Кто входит в эту комиссию?

Семёнышева: Я не могу сейчас сказать…

Не представившаяся журналистка:  давайте вести себя спокойнее…
Вы сказали, что у вас собрание. Как можно ожидать  тех же людей в одно и то же время на двух разных собраниях?

Семёнышева: Нас никто не приглашал, я неофициально здесь. Речь не о ликвидации театра, а об увольнении худрука, доведшего театр до такого состояния…

Говоруха: Вы говорите, театр дошёл до такого состояния. До какого?! За что и почему уволен Яшин, народный артист, ученик Гончарова, создающий театр упорно и последовательно. Я не понимаю позицию Департамента Культуры. Где отзывы плохие от зрителей? Критика замечательная. Покойный Капица сказал: «Мы скатываемся к средневековому театру».

Гуляренко: Вы говорите, что мы неправильно всё понимаем. Новые руководители сказали: театра не будет, будет Гоголь-центр.

Якобсонс: Ложь, что худрук и директор не были приглашены!

Семёнышева: Я говорю только за себя.

Агентство «Турне», представитель: Я видела некоторые спектакли, и не без удовольствия. Знаю Гущина, Брагарник, это выдающиеся актёры. Капков, давая интервью «Эху Москвы», назвал Серебренникова и других «Агентами изменения». Мне кажется, театр с такими прекрасными актёрами безобразно занимался пиаром. Может, Серебренников, наоборот, поможет? Почему никогда никаких приглашений, пресс-конференций? Серебренников говорит страшные вещи. Он талантливый, но как-то неправильно себя повёл.

Гуляренко: Смена руководства – не смена руководства. Мы готовы и хотим работать. Но это не вопрос смены руководства. Серебренников сказал: здесь не будет репертуарного театра.

Брагарник: Меньшиков пришёл в театр Ермоловой. Мы не имеем ничего против улучшений – но не уничтожайте театр.

Журналистка: Андреев сам привёл Меньшикова, он сидел, смотрел спектакли. Чем меньше вы будете кричать, нервничать, тем лучше.

Гущин: Когда тебя не имеют ввиду, ты начинаешь кричать.

Шведова «Московская правда»: Это выглядит, как скандал. Надо подождать, ещё ведь никого не уволили.

Реплика: Театра нет!

Шведова: Руководство Москвы не пойдёт на это. Мне кажется, ничего криминального не произойдёт.

Гущин:  Подождать, вы говорите. Был брошен пробный шар. Они не ожидали того, что происходит сейчас. В данный момент, мне кажется, этот театр будет убит, но  все наши действия сейчас направлены на то, чтобы жили другие театры. Уничтожать, они говорят, если нет событий. Капков же футболом занимается? Может, сборную уничтожить, она не выигрывает?

Брагарник:  Пришёл Капков – я его не знаю. Он, говорят, занимался спортом, потом руководил парком им. Горького. Чиновники меняются, идут на повышение или понижение, кто-то ипподром решит здесь организовать. Разрушить легко. А построить?

Мезенцев: Вот, говорят, коллектив болен, и вызывают двух врачей. Мы не говорим, что Серебренников плохой. Но в оперный театр не зовут балетного режиссёра. Речь не о труппе. Труппе дама сказала, сборы плохие, но это не является показателем качества труппы.

Журналистка: Сколько людей в штате, и сколько подписей?

Гуляренко: 87 подписей, работает 186 человек.

«Московская правда»: Почему убрали с сайта письмо?

Андреев: По распоряжению директора.

Мезенцев: А Серебренников сказал, что он дал распоряжение оставить письмо на сайте.

Юрист: На каком основании уволили Яшина?
Какие были критерии для назначения Серебренникова?
Согласовано ли это с труппой?
Что будет с театром, просуществовавшим 88 лет? К кому это вопрос? Кто может ответить? С коллективом обсуждался вопрос о назначении худ.руководителя? Имеет смысл коллективу выдвинуть 1-2 кандидатуры художественного руководителя, который бы добился высоких показателей, не ущемляя права труппы и сохраняя традиции?

Ответов на поставленные вопросы не прозвучало.
Пресс-конференция закончилась, представители СМИ покинули зал.
Началось обсуждение обращения. Появляется Я.Я Якобсонс.

Якобсонс: Новость ужасная. Людмила Ивановна Долгорукова умерла сегодня ночью.

Мезенцев: Начались  смерти.

Бейрак: Необходимо общим собранием написать памятные слова о великой актрисе и потребовать размещения на сайте театра с комментариями.

Д.Бурханкин об обращении. Есть предложение исключить из него абзац о Серебрянникове, так как основная наша цель - это уберечь от уничтожения наш театр и другие репертуарные театры, а упоминание о Серебрянникове отвлекает от  поставленной нами проблемы.

Постановление собрания.

1.Принять написанное ранее обращение за основу.
2.Поручить профкому внести замечания, дополнения, озвученные Д.Бурханкинымs.
3. Поручить профкому направить обращение во всевозможные  инстанции с требованием о срочном рассмотрении вопроса о судьбе театра им. Гоголя и политике Департамента Культуры по переформатированию театров г. Москвы в проектные площадки на расширенном собрании деятелей культуры, профсоюзов, прессы и руководящих органов Москвы и России.
4.Направить обращение во все профсоюзные организации России с требованием провести в сентябре чрезвычайный съезд работников театров, посвящённый судьбе репертуарных театров России.

Постановление принято единогласно.
Председатель собрания  Якобсонс  Я.Я.
Секретарь собрания  Лисовая  Е.А.



Gogol-Theatre.ru - Коллектив Московского Драматического ТЕАТРА имени Н.В.ГОГОЛЯ
  • Facebook
  • ВКонтакте
  • Twitter
  • Livejournal
  • YouTube
Наш голос - за сохранение репертуарного театра и против силовых методов его превращения в площадку для своеобразных экспериментов
Наш голос - против отношения к актерам, как к крепостным и за право нашего коллектива на открытый конкурс для замещения должностей директора и худрука театра.

©2012 - 2014 Москва.