«Театр ничуть не безделица
и вовсе не пустая вещь.
Это такая кафедра,
с которой можно много сказать
миру добра» - Н. В. Гоголь

Протокол профсоюзного собрания на котором присутствовал директор Малобродский

14.08.2012

14 августа 2012 год, г. Москва
Присутствует: 56 членов профсоюза
Председателем собрания избран – Якобсонс Я.Я.
Секретарем - Авшарова Ю.Ю.
Тема: Повестка дня: дальнейшее существование театра и труппы.

Якобсонс: Здравствуйте, позвольте вам представить директора театра Малобродского Алексея Аркадьевича.

Малобродский: Я отказываюсь садиться в президиум, пришёл в качестве гостя. Мне хотелось бы узнать повестку дня.

Якобсонс: В профсоюзе состоит 59 человек. Всем известно, что коллектив взволнован, и, чтобы не было никаких домыслов, нужно было собраться коллективом. Прошу, Ася, сосчитай, сколько присутствует человек. Не все из здесь присутствующих члены профсоюзов. У нас есть коллегиальный договор, подписанный мною и Шлаустасом. На основании этого договора мы можем вести нашу дальнейшую жизнь. Здесь присутствует Л. С. Фомина. Нас волнует: что с нами будет. Раз уж здесь присутствует новый директор, мы просим его рассказать, что нас ждёт.

Малобродский: Я здесь случайно, случайно пришёл и попросился сюда в качестве гостя. Если вы не имеете другой темы, то я отвечу, но я бы сначала послушал коллектив.

Лапицкая: Что вы будете делать с нашим театром?

Малобродский: То-есть, другого варианта собрания у вас нет. Хорошо. (идёт за стол.) Вряд ли я смогу однозначно ответить. Неделю назад, 7 числа, я вошёл в театр вместе с представителем департамента по культуре. Стало известно, что коллектив театра прощался с Сергеем Ивановичем и стал писать письмо. Узнав об этом, Капков предложил поговорить с коллективом. Многие из вас участвовали в этом собрании и задавали вопросы, получая ответы. Либо эти ответы прозвучали недостаточно ясно. Попробую резюмировать: увольнение Яшина не было новостью. От А.В. Шлаустаса я знаю, что для него это новостью не было. Далее, Капков мотивировал решение Департаментом реформ в театре Гоголя. Вероятнее всего, за этим решением стоит некая концепция о развитии театров в г. Москве. Были приглашены Департаментом я и Серебренников. Почему – не знаю. Нам предложено, изучив дела в театре, предложить некую программу, чем мы и начали заниматься. Я не готов публично декларировать модель театра.
Сейчас это преждевременно. Я не могу вас ни обнадёжить, ни успокоить, пообещать гарантии. И оснований подтверждать апокалиптический тон письма тоже нет.

Реплика из зала: Когда вы приходили в театр, вы приходили вместе с Серебренниковым. Почему Кирилл Семёнович не зашёл к труппе, не поздоровался?

Малобродский: Я не могу это комментировать.

Зал: Каким образом «департамент устроил собрание»? Если позвал нас Яшин? Осталась часть коллектива случайно!

Малобродский: Капков появился в театре после окончания собрания. После того, как ему сказали о возмущении актёров, он предложил прийти к коллективу.

Зал: Когда будет представлен театру главный режиссёр?

Малобродский: Я не расцениваю эту ситуацию как допрос.

Краснянский: Мы с вами в неравном положении. Когда-то Товстоногову предложили возглавить МХАТ, - и он отказался: «Нужно убрать половину труппы, я этого делать не могу и не буду». Вы должны понять взволнованность людей! Ведь и вас уберут когда-нибудь или не уберут…

Малобродский: У нас 3-хлетний контракт. Я считаю эту ситуацию абсолютно оправданной и логичной. Наше право: принимать или не принимать. Мы с Серебренниковым приняли предложение Департамента. Я не знаю о решении уволить всех. Серебренников принят на работу с 1 октября. И, наверное, с вами встретится.

Реплика из зала: Как художник сможет, не увидев спектаклей, принять какие-то решения и делать выводы? Департаменту ведь Серебренников что-нибудь предложил?

Малобродский: Пока мы остаёмся театром им. Гоголя.

Гуляренко: Два месяца мы работаем, потом нас переформатируют в Гоголь-центр? Два месяца театр со спектаклями, с труппой – будет существовать в неизвестности. Играть спектакли в таком состоянии крайне сложно. При этом будущий руководитель театра заявляет о своей концепции, что театр им. Гоголя это плесень, оскорбляя этим артистов, работающих здесь много лет. Тот поступок и форма, в которой он был сделан, по отношению к людям в этом театре – непорядочен. Почему написали письмо? Это вопль! Вопль артистов, которые проработали в театре всю жизнь! Приходит в Департамент культуры художественный руководитель, он приходит к людям! Не пришёл к труппе, - значит, труппа не нужна! Ситуация оскорбительная! Разговоры о том, что «мы посмотрим», неубедительны, потому что нет поступков! Невнятность нашей ситуации невозможна! Вам даётся три года на новую концепцию, неужели вы думаете, что за три года возможно создать театр!

Мезенцев: Никто ни о какой реформации не говорит. Здесь любви к людям – нет! Если бы Капков и Серебренников думали о людях, они бы с труппой встретились. Здесь не идёт о театре! Вы отвечаете за себя! Директор отвечает за людей, этого вы делать не хотите! Это оккупация. Мне это напоминает Краснодон. Всегда находятся люди, которые захотят сотрудничать с оккупантами.

Гуляренко: Где находится Новый театр? Нужен он кому- нибудь из-за своего расположения? Сколько премьер Захаров выпускает? Наш театр очень удобен. Когда возникнет «Гоголь-центр», нас ведь всех можно будет уволить?

Малобродский: Я не готов отвечать. Я настаиваю на вопросах без нажимов.

Андреев: Вы сегодня являетесь и художником, и хозяйственником. Досиживайте тогда до конца спектакля, не уходите в середине!

Малобродский: Я вижу в этом определённое доверие, но я от этого откажусь. Это не моя компетенция. Каким образом осуществляется этот мониторинг? Он, Серебренников, намерен наездами посещать спектакли. Он пользуется мнением людей, которым он доверяет.

Зал: Вам лично понравился хоть спектакль?

Малобродский: Нет.

Гуляренко: Что такое «переформатирование»?

Малобродский: Художественная модель театра должна детерминировать в творческую модель. Мы находимся в порочной ситуации. Я работал в ШДИ, у Васильева (долгая история о Васильеве). По способу финансирования это был точно такой же театр, как театр Гоголя. А этого быть не может. И сейчас департамент по культуре пытается сдвинуть этот процесс. Подождите, вы услышите ответы на ваши вопросы.

Бейрак: Вы закончили ГИТИС, режиссёрский факультет…

Малобродский: Логика в ваших словах (Мезенцеву, Бейраку) есть. Я отрицаю, что Кирилл Семёнович позволял себе такие отзывы.

Зал: Было!

Малобродский: Почему я дал согласие? Потому что для меня это очень интересная задача, которую берусь выполнить. Кроме заботы о коллективе, я должен думать о зрителе, отрасли в целом. Я отдаю должное нашему студенческому прошлому (Бейраку), но давайте же объединяться. Мы по разные стороны. Я только вас узнаЮ. Я должен что-то сделать, ответить на ваш призыв?

Бейрак: В чём ваша задача?

Малобродский: Задача: провести профессиональный анализ творческого, экономического, хозяйственного состояния театра и предложить дальнейшую модель Департаменту по культуре. Я не готов и не буду раскрывать механику этого размышления.

Бейрак: Когда Капков предлагал вам эту работу, он конкретно сказал вам о задачах, которые должны быть выполнены?

Малобродский: Вопрос. Я когда узнал о факте этого письма, - я распорядился убрать это письмо, так как это официальный сайт театра. Широкой общественности стало это известно благодаря Серебренникову, – он разместил письмо у себя. Я бы хотел увидеть эти 80 подписей.

Гуляренко: А для чего вам это видеть? Вы думаете, мы лжём? Для репрессий?

Малобродский: Знать, кто эти люди. Чтобы быть уверенным, что это действительно так. Мне стало известно, что завтра пресс-конференция…

Зайков: Конечно, мы только сейчас с вами познакомились…

Малобродский: Какими источниками пользуются, когда пишут об уничтожении репертуарного театра?

Зал: Серебренников и Капков!

Малобродский: Ваш театр как репертуарный не оправдал надеж, - нам это было сказано.

Гуляренко: Я вам скажу, я боюсь за этих 80 человек.

Краснянский: Я подписал! Это люди защищают свой дом! Художественного руководителя! Александр Аркадьевич прекрасный дипломат. На многие вопросы он не отвечает, разговор бессмыслен! Думаю, это чиновники. Дело в помещении!

Малобродский: Я предпочитаю опираться на факты.

Зайков: Но у нас их нет!

Якобсонс: Меня волнует самый главный вопрос: наш коллективный договор с администрацией от 27 декабря 2011г. Он подписан на три года, до 2014г. Есть пункт: если произойдёт смена руководства, договор остаётся в силе. Хочу ознакомить с нашим коллективным договором. (отдаёт договор).

Перелякина: Конкретный пункт: увольнение работника только с согласованием с худсоветом и профкомом.

Якобсонс: Если новый руководитель не согласен, он должен обратиться к профсоюзу и коллективу.

Малобродский: Пока ведь об этом речи нет, всё происходит из-за страха. Я рад, что услышал много мнений. Я разочарован репликой о войне.

Краснянский: Вы мне в сыновья годитесь. Чем вы оскорбились?

Забара: Что с нами будет? Ноябрь, декабрь, январь?

Малобродский: Всё к Капкову.

Андреев: А вы кто? Вы не директор!

Забара: Что будет с ремонтом? Будет ли ремонт именно с октября? Будут ли гастроли?

Малобродский: Вас правильно информировали: будет конкурс, мы находимся в ситуации цейтнота. Мы делаем всё возможное, чтобы в сроки уложиться. Работа в этих стенах – невозможна. Этот график достаточно амбициозен. В октябре начинаем ремонт, в феврале заканчиваем. Это вещь затратная. Если будет подтверждено это финансирование, мы пустимся в эту историю. Попытаемся сделать это качественно, бюджет «осваивать» мы не будем. Что касается гастролей и работы на других площадках – передо мной таких задач не ставилось. И я бы за это не взялся.

Забара: Мы будем в марте играть после ремонта?

Малобродский: Я не знаю!

Гуляренко: Нам нужно поговорить по поводу коллективного договора.

Малобродский: Я, с вашего позволения, уйду. До свидания.

Фомина: как будет оплачиваться работа актёров?

Малобродский: Не буду озвучивать. (ушёл).

Якобсонс: Человек не заинтересован, ему не важен наш договор. Исходя из этого, нужно выработать позицию конкретную, чтобы завтра на пресс-конференции быть едиными. Мы должны официально уведомить о пресс-конференции администрацию театра. Приглашать ли Серебренникова?

Перелякина: Капкова?

Зал: Да! Зачем?

Якобсонс: Капкова не надо, у него много есть возможностей высказаться, а директора и Серебренникова надо пригласить.

Фомина: Директора поставили, чтоб улучшить работу театра, но ничего этого я не услышала. Пусть он повторит это перед прессой: «какие задачи, я не скажу».

Решаются некоторые организационные вопросы по проведению следующего собрания.
Собрание закончено.
Председатель собрания Якобсонс Я.Я.
Секретарь собрания Авшарова Ю.Ю.



Gogol-Theatre.ru - Коллектив Московского Драматического ТЕАТРА имени Н.В.ГОГОЛЯ
  • Facebook
  • ВКонтакте
  • Twitter
  • Livejournal
  • YouTube
Наш голос - за сохранение репертуарного театра и против силовых методов его превращения в площадку для своеобразных экспериментов
Наш голос - против отношения к актерам, как к крепостным и за право нашего коллектива на открытый конкурс для замещения должностей директора и худрука театра.

©2012 - 2014 Москва.