«Театр ничуть не безделица
и вовсе не пустая вещь.
Это такая кафедра,
с которой можно много сказать
миру добра» - Н. В. Гоголь

Сергей Капков: Театр — это про спектакли

26.02.2014 По материалам: Snob.ru, Ксения Соколова. Фото: Дмитрий Смирнов.

— Недавно широко обсуждали ваше открытое письмо Кириллу Серебренникову. Понятно, зачем вы его написали. Но почему публично?

— Это не было открытым письмом. Это было обычное официальное письмо руководителю одного из подведомственных учреждений. Но Кирилл опубликовал его у себя в фейсбуке, и история стала публичной. Хотя это не превратилось в личный конфликт. У нас с Кириллом замечательные отношения.

Сергей Капков: Театр — это про спектакли

— Вы показали режиссеру, что он не может принимать в своем театре самостоятельные решения.

— Он абсолютно свободен во всех вопросах, которые касаются творчества.

— А все остальное вы за него решаете?

Нет. Не правда. Это не совсем так.

— А как?

— Опять возвращаемся к Москве. Почему я услышал от вас такие лестные слова в адрес московской мэрии и меня лично? Потому что появилась впервые — и это факт объективный — при Собянине политика во всем. Все программы, которыми мы занимаемся, пятилетние, и на пять лет за ними закреплено финансирование. Программа на культуру вообще не секвестрирована, а только растет. Есть культурная политика города. Культурная политика города предполагает, что при наличии 88 театров, которые подчиняются департаменту культуры, должен быть театр-эксперимент для молодежи. На роль руководителя такого театра подходит Кирилл Серебренников, и мы его назначили. Я встречаюсь с трудовым коллективом, я рассказываю, что это политика города, что будет теперь театр другой, что Серебренников предложил абсолютно новую концепцию развития: театр станет открытой площадкой, здесь будет книжный магазин, кафе, кинопоказы, будут работать резиденты — «Седьмая студия», театр танца и так далее. Люди возмущаются: как же так? Я им говорю: такова культурная политика.

— Да, я помню этот скандал.

— И в соответствии с принятой политикой я сказал: Кирилл, вот тебе театр, вот городское финансирование, артисты старой труппы, будь любезен возьми их, труппа должна быть задействована во всех спектаклях. Мы тебе это все поможем делать.

— Абсолютный патернализм.

— Такова городская политика. Такой театр городу нужен. Так же как нужен театр «Ромэн», Театр кошек Куклачева тоже полностью заполнен. Это определенные разные группы. Есть «Гараж», а есть галерея Шилова — кстати, туда очереди всегда. Значит, городу не хватало такого театра-эксперимента. И он появился. Все свои обязательства и договоренности перед Кириллом я выполнил. По поводу «Пусси Райот» и всего остального договоренностей не было и быть не могло. Театр — это про спектакли.

— Но, может, все же компетенция главного режиссера — решать, что у него будет в театре? Или все должно быть как «старшие товарищи» решат? Я думаю, именно это взбесило Серебренникова больше всего — он взрослый человек, а ему пишут письма, указывают, что можно, что нет. Меня бы взбесило.

— Я согласен.

— А вас?

— И меня бы взбесило. Но мне не пишут, мне звонят. Это совершенно другая история. Кирилл Семенович не подумал, что хорошо бы со мной заранее посоветоваться.

— Но я все же не могу понять: зачем? Вы могли позвонить, а не ставить человека в скверное положение, не унижать публично.

— Так я ему и позвонил сначала. Я позвонил, он говорит: «Давайте письмо». Я ему сказал: «Письмо будет». Он написал в фейсбуке, что этот кинопоказ требуют снять, жду бумагу. Так как я это видел, я ему написал: бумага будет. Он сказал: давайте тогда публично мне запрещайте. И он здесь совершенно прав, совершенно честен в этом.

— Возможно, г-н Серебренников просто переоценил себя в этом конфликте. Возможно, он не думал, что вы напишете такое письмо.

— Значит, он меня недооценил.

— У вас вообще двоякий образ. С одной стороны, любимец креативного класса, с другой — государственный человек, можете и жесткость проявить. Можно сделать неправильную ставку.

— Все правильно. Я большое дело делаю. Культуру целого города развиваю.

— По-моему, это не совсем свободное развитие.

— В нашей стране свобода за государственный счет невозможна. Свобода — это за свои.

— Этот тезис мне хорошо известен. Дальше мы рискуем влипнуть в бесконечную дискуссию, что такое «государственный счет».

— Я скажу больше: я тоже как бы «гуляю на свои».

— В смысле?

— Я имею в виду, что не ворую у города, не ворую у государства.

— А что, непременно нужно воровать?

— Поверьте, работать честно в нашей стране — огромное достоинство для чиновника. Огромное! Если бы в парке Горького у меня хотя бы была попытка открыть свое кафе или с кем-то договориться, я был бы богатым человеком, потому что это были бы большие деньги.

— Не сомневаюсь, что стояла очередь.

— Коррупция — в нашей стране основной бич, потому что каждый хочет с тобой о чем-то договориться.

— Основной мотив многих из тех, кто хочет стать госчиновником в России, — это улучшение своей личной финансовой ситуации. Вы согласны с этим?

— Не так прямолинейно, многие идут для того, чтобы какой-то багаж создать, приобрести вес, связи, влияние. Чтобы потом в госкорпорацию, например, уйти или свой бизнес развивать.

Для справки:

Информация на Сайте "Гоголь-Центра" (К словам Капкова: Театр - это про спектакли.)

«Гоголь-центр» — это театр, существующий в диалоге с реальностью и создающий реальность внутри себя, мировые премьеры не дошедших до российского проката фильмов в клубе «Гоголь-кино», редкие записи великих спектаклей XX-го — XXI-го века в общедоступной медиатеке, большие музыкальные концерты и, конечно же, спектакли самых ярких российских и европейских режиссёров на нескольких площадках театра — всё это даёт возможность путешествовать в безграничном мире современного искусства, оставаясь в одном пространстве. «Гоголь-центр» — это территория свободы.


Реакция К.Серебренникова на запрет кинопоказа (текст без редактирования):

Еще недавно я во всех интервью твердил, как мантру: "В театре нет цензуры, в театре нет цензуры, в театре нет..." Все, пиздец, есть цензура в театре! Циничная, бессмысленная и глупая.
Теперь любая свобода, любое желание найти смысл, любое желание высказаться - все расшибается о беспросветный мрак и морок, который пришел, заполнил все пространство вокруг и правит нами. Нам казалось, что где-то / в театре, в "модных" кафе, у себя дома, у компа/ есть еще чуть свободного воздуха. Это как при наводнении залезают на шкаф и ищут спасение под потолком , где остался воздух. Все! Пиздец! Нету воздуха! Воздух достался "подавляющему большинству". Оно - это большинство - заказывает себе власть, власть заказывает музыку, чтоб это большинство развлечь и усладить.
Нам запретили проводить премьеру фильма " Показательный процесс: история Pussy Riot"и встречу с Надей Толоконниковой и Машей Алехиной. Из Нью-Йорка специально прилетел Максим Поздоровкин. Отменила все дела Ирина Прохорова, которая должна была вести разговор. Из департамента культуры по моей просьбе после целого дня нервных переговоров пришел запретительный документ, означающий одно : цензура в действии. Все, свершилось! Кого так мог испугать спокойный разговор нескольких сот зрителей Гоголь-центра с выпущенными по амнистии девушками? Кого так испугала премьера фильма, который получил кучу призов и который ничего нового нам ни о власти, ни о нас с вами сообщить не может, так как сделан довольно давно? Не понятно...
Премьеры и разговора не будет.
В МХТ только поутихли прокурорские проверки по поводу моего спектакля "Человек- подушка", как образовалась целая серия писем и заявлений от "возмущенных и оскорбленных" граждан по поводу спектаклей Кости Богомолова. Требуют отставки Табакова. Требуют "отдать под суд", "запретить", "закрыть"... И видно, что это не просто обострение сезонной шизофрении - это самая настоящая религиозная цензура. Пиздец! Добро пожаловать! Приплыли. Теперь фанатики нам будут рассказывать, как ставить спектакли, что можно делать и говорить на сцене, а что нельзя. Все знают, что происходит в МХТ, все читают новости. И где все наше профессиональное сообщество? Чего молчите? Зассали? Молодца! Следующий раз придут за вами.
Ну и наконец - этическая Хартия "идитенахуй" кинематографистов - завершающий аккорд этой гребаной симфонии. Цензура, которую пытаются ввести руками не чиновников, не церковников, а уже руками самих коллег - самых ловких и шустрых учеников "Дракона". Это и есть самое отвратное и мерзкое. Да, слаб человек, но можно даже этому слабому человеку всего лишь отойти, можно постараться "не быть,не участвовать, не состоять", а можно радостно пнуть товарища, помочь упасть, да так, чтоб не поднялся, при этом еще и обрадоваться "устранению конкурента" . Правильно живете, друзья! Все у вас получится.
Короче говоря, жаль, что нам пришлось отменить мероприятие. Мне невероятно гадко и противно. Я никогда не думал, что, говоря словами классиков, "в такое ебанатство попаду". Я призываю всех людей, для которых живы понятия честь и свобода, для которых важны достоинство и право художника творить и говорить свободно, сплотиться и сопротивляться пришедшему Мраку. Словом, делом, искусством, кто чем может.
И надеюсь, что когда эта позорная хуйня закончится, мы, вспомнив все это, посмеемся над нами самими, и напишем правду про это мелкотравчатое времечко. Если "подавляющее большинство" не отменит к тому моменту нас, правду и все остальное. А то опытные люди мне говорят, что из-за нашей трусости и лени эта "хуйня" не кончится некогда.
А на прощание - "будет бумага"
Gogol-Theatre.ru - Коллектив Московского Драматического ТЕАТРА имени Н.В.ГОГОЛЯ
  • Facebook
  • ВКонтакте
  • Twitter
  • Livejournal
  • YouTube
Наш голос - за сохранение репертуарного театра и против силовых методов его превращения в площадку для своеобразных экспериментов
Наш голос - против отношения к актерам, как к крепостным и за право нашего коллектива на открытый конкурс для замещения должностей директора и худрука театра.

©2012 - 2014 Москва.